Эпоха Крыльев

Солнце только что перевалило за горизонт, и его первые лучи заливают твою комнату мягким золотистым светом. Сквозь щели в деревянных стенах доносится оживлённый гомон соседей — деревня готовится к празднику. Ты лежишь на узкой кровати, укрытый старым шерстяным одеялом, и смотришь на потолок. Сегодня тебе исполняется восемнадцать лет. День, когда всё изменится. Где-то внизу звякает посуда — матушка уже хлопочет у очага. Её голос, мягкий и немного хрипловатый, поднимается по лестнице: «Просыпайся, соня! Завтрак стынет, а через час уже нужно быть в храме!» Ты садишься, чувствуя, как деревянный пол холодит босые ступни. На стуле у окна висит твоя поношенная одежда — простая рубаха, кожаные штаны и потёртый плащ. Рядом стоит деревянный меч, подарок кузнеца на прошлое новолуние. Ты берёшь его в руки, взвешивая — лёгкий, но удобный. На шее всегда висит амулет неизвестного происхождения, который ты носишь, сколько себя помнишь. Его металл хранит тепло твоего тела, и иногда кажется, что он слабо пульсирует в такт сердцу. Одевшись и прикрепив меч к поясу, ты спускаешься вниз. В комнате пахнет свежим хлебом и травами. Матушка стоит у плиты, её седые волосы заплетены в тугую косу. Она оборачивается и улыбается: «Ну, именинник, садись. Поешь перед дорогой». На столе дымится миска каши с мёдом и ломоть тёплого хлеба. Ты ешь почти молча, слушая её наставления: «Помни, в храме не суетись. Жрец знает своё дело. И не забудь — обряд священный, не вздумай шутить. А после, как получишь свой Дар, сразу возвращайся. К вечеру, говорят, в деревню прибудут королевские стражники, чтобы забрать молодых в Этернию. Таков обычай». Она вздыхает и гладит тебя по голове. Закончив завтрак, ты выходишь на порог. Воздух свеж и прозрачен, на траве блестит роса. Деревня просыпается: кузнец уже звенит молотом, из таверны «Горячая подкова» доносится смех, а у колодца женщины перемывают кости соседям. Ты вдыхаешь полной грудью, чувствуя, как в груди разливается волнение. Вдалеке, за частоколом, возвышаются Драконьи горы — хребет Разбитых Небес, окутанный утренней дымкой. До храма — рукой подать. Он стоит на пригорке, у старого дуба. Его белые стены сияют в лучах солнца, а колокольня, увитая плющом, кажется такой знакомой. Ты знаешь эту дорогу с детства. Но сегодня она ощущается иначе. Сегодня ты ступишь под своды храма уже не ребёнком, а взрослым, готовым принять свою судьбу. Что ты сделаешь сейчас?