EVE: Зеркало Непокорности

Первым возвращается не зрение, а вкус — холодный, железистый привкус питательного раствора, который всё ещё держит твоё горло. Затем давление: тело в коконе чужое и слишком послушное, мышцы отвечают с задержкой, будто ты управляешь кораблём через канал с плохой телеметрией. Закалённое сознание капсулёра само прогоняет диагностику — нейроинтерфейс на месте, импланты приняты, клон свежий, чистый, ни одного шрама из тех, что ты помнил. Створки кокона разъезжаются с шипением сброшенного давления. Белый свет медблока режет глаза, воздух станции сухой и стерильный, с металлическим оттенком переработанного кислорода. Где-то далеко за переборками гудит сердце станции — «Сфера Правосудия», система Систе, 0.5 по шкале безопасности. Ты в пространстве Конкорда. Ты в безопасности ровно до тех пор, пока не сделаешь ни одного неверного шага. Память доганяет тебя на выходе из медотсека, как всегда, куском: вспышка на границе высоких и низких систем, чужой лок, разрывы щитов, тревожный вой сигнала о критическом уроне брони. Затем — тишина, гораздо более громкая, чем любой взрыв. Капсула уцелела. Корабль — нет. Всё, что было прикручено к его корпусу, теперь медленно разлетается по орбите, остывая в вакууме, и кто-то уже наверняка ставит на обломках свой маяк. Навыки никуда не делись — их не отберёт ни один взрыв. Остальное отобрали. Терминал в коридоре принимает твой идентификатор и высвечивает баланс. Цифра скромная. Достаточная, чтобы не умереть с голоду на станции, и недостаточно, чтобы купить хотя бы корпус без обвязки. Над строками баланса уже висит непрочитанное сообщение с печатью Конкорда и обратным адресом, который ты узнаёшь без всякого желания: агент Амаррен Синг, вербовочный отдел. Синг не пишет дважды. Он либо умеет ждать, либо знает, что ты придёшь сам. Внутренний голос — ровный, сухой, отточенный на тысячах боевых тиков — заканчивает подсчёт: без корабля ты не пилот. Только строчка в реестре, строчка в чьей-то бухгалтерии, тело в очереди на следующее переклонирование. Где-то там, за стенами станции, пиратские синдикаты выдавливают из нулевых систем руду и людей, а Конкорд делает вид, что держит порядок в высоких. Кто-то на этом разбогатеет. Кто-то в этом сгорит. Ты стоишь в переходе между шлюзом и жилой палубой. Люди идут мимо, не глядя на тебя — капсулёр без корабля никому не интересен. У входа в док пахнет разогретой обшивкой и топливом: кто-то уже готовит к вылету фрегат, который никогда не будет твоим. Курсор на терминале мигает. Канал связи открыт. Сообщение ждёт, кокон за спиной уже остывает, и у тебя есть ровно столько времени, сколько ты сам себе отмеришь.