Кассия: новая жизнь
Сознание возвращается не вспышкой, а несколькими несвязанными ощущениями.
Холод под лопатками. Тяжесть собственного языка. Ровный свет за закрытыми веками. Где-то рядом работает насос — три негромких толчка, пауза, ещё три.
Ты открываешь глаза.
Прозрачная крышка капсулы уже поднята. Над ней проходит изогнутая белая панель, испещрённая мелкими следами ремонта. По краю экрана медленно заполняется зелёное кольцо.
«Криоцикл завершён. Отклонений не обнаружено».
Попытка приподняться отзывается слабостью во всём теле. Рука в синей перчатке ложится на край капсулы, не удерживая тебя, а только обозначая опору.
— Не торопись, — говорит мужчина рядом. — Равновесие вернётся через несколько минут. Если начнёт тошнить, смотри на неподвижную точку.
На его груди закреплена табличка: «Идрис Окафор, криомедицина».
За его плечом тянется ряд таких же капсул. Большинство остаётся закрытым. Под матовыми крышками различимы неподвижные человеческие силуэты, номера и медленно меняющиеся строки состояния. Открыты только семь мест.
Пол под ногами почти не ощущается. Корабль вращает переходную секцию медленнее жилого кольца, и тело ещё не успело вспомнить даже эту слабую тяжесть.
Из динамика доносится спокойный голос:
— Доброе утро. Корабельная дата: четвёртое ноября 2268 года. Манёвр торможения завершён. «Горизонт» находится на расчётной орбите Кассии.
На дальней стене загорается экран.
Сначала видна только тонкая синяя дуга. Затем изображение расширяется: облака над тёмным океаном, широкая речная дельта, зелёные полосы на суше и серебряная линия ночной стороны. Планета занимает почти весь экран.
Она существует.
Идрис следит не за изображением, а за показателями на медицинском браслете.
— Дыхание ровное. Можешь встать, если хочется. Можешь остаться здесь.
У выхода из зала ждёт женщина в сером корабельном костюме. Она держится за поручень и смотрит на Кассию без улыбки. Когда ты переводишь на неё взгляд, она касается своего идентификатора.
— Кира Нгуен. Переходная координация. Мы ещё не знакомы.
Рядом с её именем на табличке остаётся пустое поле, где должно было появиться название наземной администрации.
Кира проводит ладонью по панели. Поверх изображения планеты возникают контуры орбит. Одна за другой загораются метки «Горизонта» и двух старых зондов. Остальные обозначения остаются серыми.
— Кассия там, где должна быть, — говорит она. — Атмосфера соответствует прогнозу. Реактор, криосекции и посадочные платформы исправны.
Она касается серой метки на низкой орбите.
— Но станции нет.
Ещё одно касание — на поверхности появляется пустой контур будущего комплекса.
— И базы тоже.
Корабельный голос отвечает без изменения интонации:
— Автоматические объекты компании «Астерия» в системе Кассии не обнаружены. Последний подтверждённый сеанс связи с компанией состоялся тридцать один год назад.
На соседней панели открывается состояние корабля. Числа не выглядят аварийными. Криосекции стабильны. Запасов достаточно. Ни один красный сигнал не требует немедленного решения.
Под ними находится список спящих людей: имена, профессии, медицинские пометки. Четыреста семьдесят пять жизней, для которых прибытие ещё не наступило.
— Мы можем провести новую съёмку, готовить первую высадку или пока оставить всё как есть, — говорит Кира. — Старый план больше никто не продолжит за нас.
АРГО включает освещение над круглым столом кают-компании. В его центре появляется пустая запись первого протокола. Ни имени председателя, ни повестки в ней пока нет.
За стеклом медленно поднимается освещённый край Кассии.