Призыв и система вечного комфорта

Холод впивается в щёки, когда ты открываешь глаза. Вокруг — белое безмолвие, снег лежит до самого горизонта, и только чёрные скалы торчат из него, как обломанные зубы. Ветер несёт мелкую крупу, и она тает на ресницах. Ты стоишь по колено в сугробе, а перед тобой — дом. Настоящий дом, двухэтажный, с тёплым светом в окнах и крыльцом, от которого поднимается едва заметный пар. От него веет теплом, запахом дерева и печи, и это тепло кажется невозможным среди мёртвого снега. Голос Системы только что смолк — насмешливый, довольный, оставивший после себя странную пустоту в голове. Ты помнишь её слова: дом, еда на месяц, новое тело, метка, кицунэ. Где-то там, за скалами, кто-то ещё дышит и ждёт. Но сейчас ты один, и снег скрипит под ногами, и дверь дома не заперта. Ты делаешь шаг. Снег проваливается, ветер бьёт в спину, а из трубы дома поднимается ровный дым — как будто кто-то уже растопил печь для тебя.